Уголовное право
Коммерческий подкуп в здравоохранении. Часть 2: особенности уголовной ответственности за отдельные виды подкупа
Коммерческий подкуп в сфере здравоохранения. Часть 2: особенности уголовной ответственности за отдельные виды коммерческого подкупа

Коммерческий подкуп в сфере здравоохранения. Часть 2: особенности уголовной ответственности за отдельные виды коммерческого подкупа

Коррупция – одна из самых тяжелых социальных «болезней». Ее проявления многогранны и разнообразны и, к сожалению, издавна сопровождают практически все сферы жизни нашего общества. К сожалению, сфера здравоохранения не стала исключением и, как и многие другие области, поражена коррупцией. В первой части нашей статьи мы рассказали об одном из наиболее характерных коррупционных преступлений в сфере медицины и фармацевтики: коммерческом подкупе.

Конечно, с этим явлением следует бороться, поэтому разные виды коммерческого подкупа объявлены уголовными преступлениями и предусматривают серьезную ответственность.

Квалифицирующие признаки коммерческого подкупа

Чтобы отнести данный вид экономического (коммерческого) преступления к определенной степени тяжести, юридически анализируется наличие или отсутствие квалифицирующих признаков. Их два: групповая организованность и вымогательство.

Предварительный сговор группы

Дачу (получение) коммерческого подкупа надлежит считать полученным группой лиц по предварительному сговору, если в преступлении участвовали два и более должностных лица, которые заранее договорились о совместном совершении данного преступления путем принятия каждым из членов группы части незаконного вознаграждения за совершение каждым из них действий (бездействие) по службе в пользу передавшего незаконное вознаграждение лица или представляемых им лиц. В таких случаях преступление признается оконченным с момента принятия подкупа хотя бы одним из входящих в преступную группу. В этом случае этот признак имеет несколько важных нюансов:

  • группа означает участие в подкупе не менее двух лиц, обличенных управленческими функциями;
  • эти лица до совершения подкупа договорились о своих действиях, используя свое положение на работе;
  • если в группе принимали участие лица, не исполняющие управленческих функций, они считаются пособниками, подстрекателями или даже организаторами преступления, и их ответственность будет не за подкуп как таковой (по ст. 204 УК РФ), а за пособничество (по ч. 4 ст. 34 УК РФ).

Таким образом, при квалификации действий указанных лиц не имеет значения, какая сумма получена каждым из членов преступной группы, а также то, сознавал ли подкупающий, что в получении ценностей участвует несколько лиц.

Исходя из положений статьи 35 УК РФ организованная группа характеризуется устойчивостью, более высокой степенью организованности, распределением ролей, наличием организатора и (или) руководителя. В организованную группу (пункт «а» части 4 статьи 204 УК РФ), помимо одного или нескольких должностных лиц, могут входить лица, не обладающие признаками специального субъекта получения взятки. Другими словами, для организованной группы достаточно одного человека, т.е. для квалифицирующего признака «в составе организованной группы» достаточно, чтобы в их числе был хотя бы один лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой организации. Остальные соучастники могут не обладать специальными полномочиями, однако их действия также квалифицируются по статье 204 УК РФ. Преступление считается оконченным с момента получения денег даже одним из соучастников, при этом не имеет значения, какая сумма получена каждым из членов преступной группы.

Таким образом, в случае признания получения взятки организованной группой действия всех ее членов, принимавших участие в подготовке и совершении этих преступлений, независимо от того, выполняли ли они функции исполнителя, организатора, подстрекателя или пособника, подлежат квалификации по соответствующей части статьи 204 УК РФ без ссылки на статью 33 УК РФ.

Решая вопрос о квалификации получения взятки в составе группы лиц по предварительному сговору либо организованной группы, суды исходят из общей стоимости ценностей (имущества, имущественных прав, услуг имущественного характера), предназначавшихся всем участникам преступной группы.

Вымогательство подкупа

Теперь определимся, что такое вымогательство предмета коммерческого подкупа. Вымогательство – фактор, обличающий незаконность передачи объекта подкупа. Он представляет собой настойчивое требование предоставления активов или совершения действий (бездействия), подкрепляемое угрозами в нанесении ущерба интересам лица. Такое требование озвучено управленцем, представляющим организацию, как бы от ее имени. Важный нюанс определения вымогательства: угроза должна действительно быть опасной для правоохраняемых интересов гражданина. Рецидив этого преступления как квалифицирующий признак был упразднен положениями Федерального закона от 08 декабря 2003 года № 162-ФЗ.

В п.18 Постановления Пленума ВС РФ от 09.07.2013 года № 24 сказано, что вымогательство может совершаться в двух формах:

Требование должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации о передаче ему имущества, сопровождаемое угрозами причинения вреда законным интересам бизнеса и иным интересам предпринимателя.

Создание условий, при которых при которых предприниматель вынужден пойти на такой шаг, чтобы защитить свои права и интересы и предотвратить вредные последствия для своих охраняемых законом интересов.

Отдельной статьи о вымогательстве предмета коммерческого подкупа в УК РФ нет; уголовная ответственность за данное деяние предусмотрена п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ. Руководители коммерческой организации могут быть привлечены к ответственности за совершенное преступление по указанным статье в том случае, если ценности поступили в его фактическое распоряжение, независимо от появления возможности распоряжаться полученным по собственному усмотрению. Именно с этого момента преступление считается оконченным.

Однако если руководитель коммерческой организации откат вымогал, но так его и не получил, речь может идти о покушении на получение подкупа. Например, если вымогатель сообщил размер и форму подкупа, договорился о времени, но по независящим от него обстоятельствам не смог его получить, то налицо покушение на получение подкупа. За него также предусмотрена уголовная ответственность, но санкция не может превышать ¾ от предельного наказания за оконченное преступление. А вот более мягкие наказания могут применяться в полном объеме.

Анализ практики по соответствующей категории дел свидетельствует о наличии серьезных трудностей при установлении такого квалифицирующего признака, как «получение коммерческого подкупа, сопряженного с вымогательством» (п. «б» ч. 7 ст. 204 УК РФ). От того, будет ли установлен факт вымогательства или нет, зависит не только вопрос об освобождении лица, давшего «откат», от уголовной ответственности (в соответствии с примечанием к ст. 204 УК РФ), но и само решение о возбуждении уголовного дела, так как согласно ст. 23 УПК РФ для такого решения требуется заявление руководителя организации или его согласие в случае, когда соответствующее деяние причинило вред интересам исключительно указанной в этой статье организации и не причинило вреда интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства. Но если факт вымогательства предмета коммерческого подкупа будет установлен, то ограничения, предусмотренные ст. 23 УПК РФ, не станут действовать ввиду того, что вред при вымогательстве причиняется уже не только интересам организации, в которой работает получатель коммерческого подкупа, но и иному лицу, у которого вымогают предмет коммерческого подкупа.

Признаки вымогательства в ст. 204 УК РФ ничем не отличаются от этого же признака в ст. 290 УК РФ. Наибольшее число ошибок, допускаемых при квалификации получения взятки, связаны с ошибочным вменением особо квалифицирующего признака – сопряженного с вымогательством. И это несмотря на то что Пленум Верховного Суда РФ довольно стабилен в толковании признака вымогательства коммерческого подкупа/взятки.

В соответствии с п. 15 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2000 г. № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» вымогательство означает требование должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, дать взятку либо передать незаконное вознаграждение в виде денег, ценных бумаг, иного имущества при коммерческом подкупе под угрозой совершения действий, которые могут причинить ущерб законным интересам гражданина либо поставить последнего в такие условия, при которых он вынужден дать взятку либо совершить коммерческий подкуп с целью предотвращения вредных последствий для его правоохраняемых интересов.

Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» под вымогательством взятки или предмета коммерческого подкупа следует понимать не только требование должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, дать взятку либо передать незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе, сопряженное с угрозой совершить действия (бездействие), которые могут причинить вред законным интересам лица, но и заведомое создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов (например, умышленное нарушение установленных законом сроков рассмотрения обращений граждан).

Таким образом, ключевую роль при установлении признака вымогательства подкупа играет юридическая оценка интересов лица, для защиты которых передается предмет коммерческого подкупа либо взятки.

Исследователи коммерческого подкупа пришли к следующему выводу: «Повышенная опасность вымогательства при подкупе заключается в том, что гражданин без мзды не может добиться осуществления своих законных прав, чего нет, когда от гражданина требуют вознаграждение за предоставление того, что по закону он получить не должен».

Проведенный нами анализ показал, что тезис: «угроза совершить законные действия не может рассматриваться как угроза причинить вред законным интересам какого-либо лица» далеко не всегда оказывается достаточным аргументом для следователя для отказа от вменения признака вымогательства коммерческого подкупа.

В связи с тем, что одним из самых распространённых вариантов отката в частном секторе бесспорно можно назвать откат за продление того или иного договора, особый интерес представляет ответ на вопрос: нарушает ли требование передачи денежных средств за продление договора между предпринимателями (например, договора аренды) законные интересы контрагента, у которого требуют деньги? Однозначно ответить на данный вопрос нельзя, так как всё будет зависеть от ряда условий.

Прежде, чем описать эти условия, считаем целесообразным обратить внимание на то, что применительно к вымогательству взятки (ст. 290 УК РФ) практика уже выработала определенные критерии оценки законности интересов взяткодателя, чего нельзя сказать о ст. 204 УК РФ (и это несмотря на полную идентичность толкования данного признака Верховным Судом РФ для ст. 204 УК РФ и ст. 290 УК РФ).

Так, еще до введения в действие УК РФ 1996 г. было выработано правило, согласно которому одно лишь требование передачи денег за продление договора аренды не может рассматриваться как вымогательство взятки, так как отказ от продления договора – это законное право арендодателя. Наличие законной возможности в одностороннем порядке без объяснения причин расторгнуть договор также исключает признак вымогательства взятки.

Обращение же к практике возбуждения уголовных дел по ст. 204 УК РФ (по аналогичным обстоятельствам) показывает, что суды зачастую необоснованно, на наш взгляд, вменяют признак вымогательства коммерческого подкупа.

Рассмотрим на примере конкретного дела о вымогательстве отката за продление договора аренды помещения со стороны руководителя частной клиники. Так, в мае 2009 г. Пушкинский городской суд приговорил гражданина Т. к пяти годам лишения свободы за коммерческий подкуп и вымогательство. Расследование дела началось еще в феврале 2008 года, когда в МВД России обратился врач — индивидуальный предприниматель. Он сообщил, что у него вымогают несколько десятков тысяч долларов за продление договора аренды стоматологического кабинета.

Поскольку ни на сайте Пушкинского городского суда, ни в базе данных судебных решений ГАС «Правосудие» данный приговор не размещен, то придется заключить, что признак вымогательства вменен излишне, так как сам по себе отказ от продления договора после его окончания является законным действием, основанным на принципе свободы договора (если только в договоре не были прописаны никакие дополнительные условия, обязывающие продлить его).

Иногда суды ошибочно, на наш взгляд, признают вымогательством в смысле ст. 204 УК РФ не только отказ от продления действующего договора, но и намерение отказаться от заключения иных договоров в будущем.

Для вменения признака вымогательства коммерческого подкупа согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ нужно установить, что умысел виновного был направлен на нарушение именно правоохраняемых интересов. Право на заключение договора, безусловно, можно признать правоохраняемым интересом, однако оно не является абсолютным и далеко не всегда отказ от продления договора следует приравнивать к вымогательству, подтверждением чему является приведенная выше практика привлечения к уголовной ответственности за дачу взятки.

Вымогательство предмета коммерческого подкупа в случае отказа от заключения договора, расторжения, продления договора будет иметь место лишь в том случае, когда получатель коммерческого подкупа не имеет законных оснований для подобного отказа в заключении/продлении или расторжении договора. Это означает, что отказ в совершении правомерного действия (в котором заинтересовано подкупающее лицо) только в том случае можно признать вымогательством, когда:

  1. получатель коммерческого подкупа обязан совершить это действие (или воздержаться от него) и
  2. его совершение (либо бездействие) не сопряжено с нарушением правовых норм и принципов.

Например, в договоре аренды помещения определены условия расторжения договора в одностороннем порядке (исчерпывающий перечень обстоятельств), и если работник организации-арендодателя, выполняющий в этой организации управленческие функции, требует от арендатора лично для себя деньги, угрожая в противном случае расторгнуть договор аренды в одностороннем порядке под надуманным предлогом, при отсутствии соответствующих условий для его досрочного расторжения, т.е. без законных на то оснований, то в такой ситуации, конечно же, имеет место коммерческий подкуп, сопряженный с вымогательством, так как эти действия нарушают правоохраняемый интерес арендатора — право арендовать помещения до конца срока договора.

В ситуации предполагаемого вымогательства коммерческого подкупа необходимо устанавливать наличие указанных выше двух условий. Так, отказ арендодателя от продления договора аренды даже при наличии у арендатора преимущественного права на перезаключение этого договора далеко не всегда следует признавать нарушением законного интереса арендатора и соответственно вменить признак вымогательства. Например, когда коммерческий директор торгового центра, отвечающий за подбор арендаторов, сообщает одному из действующих арендаторов (у которого имеется преимущественное право на продление договора аренды), что торговый центр не будет продлевать с ним договор, так как нашелся более выгодный арендатор, а действующий арендатор не готов платить более высокую арендную плату и поэтому передает директору по требованию последнего незаконное вознаграждение, коммерческий подкуп имеет место, но без признака вымогательства. В рассматриваем случае правоохраняемые интересы арендатора не нарушаются по следующим причинам:

  1. преимущественное право арендатора на продление договора аренды может быть реализовано лишь при согласии арендатора на заключение договора аренды на новый срок на условиях, на которых арендодатель предполагал заключить договор аренды с другим арендатором (ч.1 ст. 621 ГК РФ);
  2. коммерческий директор (представитель арендодателя) согласно ч. 3 ст. 53 ГК РФ должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Как разъяснил Высший арбитражный Суд РФ, недобросовестность действий в данном случае будет иметь место, когда директор действует при наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица (Пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»);
  3. коммерческий директор и действующий арендатор (у которого директор получает деньги за продление договора аренды), понимают, что коммерческий подкуп выплачивается за совершение действий, объективно невыгодных для самой коммерческой организации, которая лишается возможности заключить договор аренды с новым арендатором, способным платить большую арендную плату;
  4. согласно ст. 169 ГК РФ подобная сделка (продление договора аренды представителем организации-арендодателя с менее выгодным для его организации арендатором за «откат») должна быть отнесена к сделкам, совершенным с целью, противной основам правопорядка или нравственности, т.е. признана недействительной.

Конституционный Суд РФ привел следующее толкование указанной категории: «Понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Статья 169 ГК Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит — заведомо и очевидно для участников гражданского оборота — основам правопорядка и нравственности»: пункт 2 определения Конституционного Суда РФ от 08.06.2004 № 226-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Уфимский нефтеперерабатывающий завод» на нарушение конституционных прав и свобод статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем третьим пункта 11 статьи 7 Закона Российской Федерации «О налоговых органах Российской Федерации».

Откат со стороны действующего арендатора за продление с ним договора в описанной нами ситуации по своей сути является ничем иным как актом недобросовестной конкуренции. Тот факт, что выплата данного отката происходит по требованию представителя арендодателя, а не по инициативе самого арендатора, не отрицает оценку сделки как совершенной с целью, противной основам правопорядка, так как арендатор осознает, что он передает деньги коммерческому директору, чтобы последний нарушил принцип добросовестности представителя организации и продлил договор аренды именно с ним, а не с более выгодным арендатором.

Государство не должно предоставлять защиту приведению в исполнение контрактов, основанных на коррупции. Исходя из того, что мы не можем признать правоохраняемым интересом проявление недобросовестной конкуренции и нарушение принципа добросовестности представителя организации, требование арендатору передать предмет коммерческого подкупа за продление с ним договора аренды, а не с более выгодным арендатором, не направлено на нарушение его именно законных интересов и соответственно не может быть квалифицировано как вымогательство коммерческого подкупа. Потерпевшим в такой ситуации является не арендатор, а сама коммерческая организация, которая не получила лучшего для себя арендатора из-за недобросовестных действий её руководителя.

Это означает, что в подобном случае уголовное дело о получении коммерческого подкупа не может быть возбуждено, а возбужденное дело в соответствии со ст. 24 УПК РФ подлежит прекращению, если коммерческая организация не дала своего согласия на его возбуждение.

От передачи подкупа под воздействием вымогательства следует отличать не являющиеся преступлением действия лица, вынужденного передать деньги, ценности, иное имущество, предоставить имущественные права, оказать услуги имущественного характера, в состоянии крайней необходимости или в результате психического принуждения (статья 39 и часть 2 статьи 40 УК РФ), когда отсутствовали иные законные средства для предотвращения причинения вреда правоохраняемым интересам владельца имущества либо представляемых им лиц. В таком случае имущество, полученное таким лицом, подлежит возврату их владельцу.

Отличие коммерческого подкупа от взятки

По смыслу эти преступления практически идентичны, у них много сходных признаков:

  • моментом завершения состава преступления является передача или получение хотя бы небольшой доли неправомерного вознаграждения;
  • цель этих правонарушений – корысть;
  • вина участников – их осознанный умысел, то есть лицо понимало, что данное действие несет общественную опасность, и все же совершало его.

Однако между взяткой и коммерческим подкупом есть ряд существенных отличий. Во-первых, разные сферы осуществления: взятки характерны для государственных, муниципальных организаций, подкуп несут в коммерческие структуры. Объектом преступления в случае взятки являются социальные отношения, лежащие в основе правомерной работы упомянутых организаций тогда, как подкуп покушается на реализацию прав и обязанностей уполномоченного (управляющего) лица в коммерческой структуре.

Во-вторых, в случае взятки субъектами преступления выступают «берущие» и «дающие» должностные лица, использующие свое служебное положение. Подкуп же касается лиц коммерческих организаций, для которых в учредительных документах, трудовых договорах и должностных инструкциях прописана хоть одна функция управления.

В-третьих, взятка может быть дана (получена) как до, так и после желаемого действия, коммерческий подкуп же дается (получается) только по предварительной договоренности, до выполнения требуемого деяния.

Отличие коммерческого подкупа от мошенничества

При мошенничестве нарушитель только предлагает управленцу имущество, но не имеет реального намерения его передать. То есть мошенник обманывает, обещая награду за действия в своем интересе. Однако само вознаграждение управленец не получает.

Совершить мошенничество может и сам управленец. Если он просит вознаграждение за услуги, которые на самом деле не может оказать. Например, из-за того, что не имеет нужных полномочий. В этом случае суд привлечет управленца к ответственности по статье о мошенничестве с использованием служебного положения. Нарушитель, который предложил вознаграждение в обмен на привилегии, понесет ответственность за покушение на дачу коммерческого подкупа (п. 24 постановления Пленума Верховного суда от 09.07.2013 № 24).

Когда коммерческий подкуп только кажется таковым

В некоторых случаях коммерческий подкуп юридически констатировать нельзя:

Неправомерные требования материального или иного вознаграждения за действие или бездействие коммерческих структур не могут быть сочтены преступлением, пока средства не были переданы требующему лицу. Однако на основании требований можно возбудить уголовное дело и доказать коммерческий подкуп.

Если действие, за которое «берущей» стороне была предоставлена незаконная выгода, было законным, то коммерческий подкуп даже при наличии остальных признаков, не идентифицируется. Например, в обязанности руководителя отдела входит распределение некоего оборудования – предоставление его во временное пользование клиентам фирмы. Клиент «благодарит» руководителя за то, что он вошел в число получивших оборудование. Коммерческого подкупа здесь нет, поскольку оборудование распределено законно, хотя и небеспристрастно.

Такое кажущееся противоречие обусловлено неполноценностью формулировки ст. 204, которая не содержит точного определения передачи незаконного вознаграждения.

«Дающая» сторона пообещала неправомерное вознаграждение. До тех пор, пока она не передала хотя бы его части «берущей стороне», о подкупе говорить не приходится, даже если «берущая» сторона выполнила все, за что ей обещали подкуп. Отсутствие факта передачи – отсутствие состава преступления.

В случае, если должностное лицо отказалось принять взятку, действия, непосредственно направленные на их передачу, подлежат квалификации как покушение на преступление, предусмотренное частью 1 или частью 2 статьи 204 УК РФ. Если условленная передача ценностей не состоялась по обстоятельствам, не зависящим от воли лиц, действия которых были непосредственно направлены на их передачу или получение, содеянное следует квалифицировать как покушение на передачу либо получение подкупа, на посредничество в подкупе.

Получение или передача подкупа, в том числе через посредника, если указанные действия осуществлялись в условиях оперативно-розыскного мероприятия, должны квалифицироваться как оконченное преступление вне зависимости от того, были ли ценности изъяты сразу после их принятия должностным лицом.

Обещание или предложение передать либо принять незаконное вознаграждение за совершение действий (бездействие) по службе необходимо рассматривать как умышленное создание условий для совершения соответствующих коррупционных преступлений в случае, когда высказанное лицом намерение передать или получить подкуп было направлено на доведение его до сведения других лиц в целях дачи им либо получения от них ценностей, а также в случае достижения договоренности между указанными лицами. Если при этом иные действия, направленные на реализацию обещания или предложения, лица не смогли совершить по независящим от них обстоятельствам, содеянное следует квалифицировать как приготовление к передаче вознаграждения или к его получению.

Посредничество в коммерческом подкупе и правовые последствия

В свете ужесточения государственной политики, направленной на борьбу с различными формами коррупционного поведения, Уголовный кодекс Российской Федерации в 2016 г. был дополнен ст. 204.1, регламентирующей ответственность за посредничество в коммерческом подкупе.

Согласно диспозиции статьи уголовно-наказуемым считается осуществление непосредственной передачи незаконного вознаграждения, а равно иным образом содействие заключению или реализации соглашения о получении (передаче) подкупа, не превышающем 25 000 рублей (ч. 1 ст. 204.1 УК РФ). Квалифицированный состав статьи предусматривает уголовную ответственность за те же деяния, совершенные группой лиц по предварительному сговору и организованной группой (п. «а» ч. 2 ст. 204. 1 УК РФ), за заведомо незаконные действия (бездействие) (п. «б» ч. 2 ст. 204. 1 УК РФ). Другие квалифицирующие признаки посредничества в коммерческом подкупе связаны с повышением размера незаконного вознаграждения до крупного (п. «в» ч. 2 ст. 204. 1 УК РФ) и особо крупного (ч. 3 ст. 204.1 УК РФ). Тогда как в ч. 4 ст. 204.1 УК РФ содержится второй самостоятельный состав преступления, объективная сторона которого включает два альтернативных деяния — предложение или обещание соответствующего посредничества.

Примечателен тот факт, что одним из обязательных признаков предмета коммерческого подкупа и посредничества в его осуществлении является его размер, который должен быть значительным, то есть превышающим 25 тысяч рублей. А это в свою очередь исключает уголовную ответственность за посредничество в мелком коммерческом подкупе и коммерческом подкупе на сумму, не образующую указанный размер.

Казалось бы, такой существенный пробел в уголовном законодательстве является лазейкой для уклонения от наказания. Однако, должностное лицо, поручившие подчиненному по службе работнику для достижения желаемого действия (бездействия) в интересах своей организации передать лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой или иной организации, незаконное вознаграждение, не превышающее 25 тыс. руб., несет ответственность по части 1 статьи 204 УК РФ, а работник, выполнивший его поручение, — по части 5 статьи 33 и части 1 статьи 204 УК РФ. То есть вопрос о привлечении таких посредников к уголовной ответственности должен решается по правилам ст. 33 УК РФ и именоваться таковые будут пособниками (ч. 5 ст. 33).

Ст. 204.1 УК РФ включает примечание, регламентирующее специальные условия освобождения от уголовной ответственности лица, совершившего посредничество, при соблюдении им следующих условий: а) активное способствование раскрытию и (или) расследованию преступления; б) добровольное заявление о совершенном преступлении в орган, обладающий полномочиями по возбуждению уголовных дел.

Установление факта выполнения лицом данных условий предполагает обязанность органа, имеющего право на возбуждение уголовного дела, освободить его от уголовной ответственности. При этом словосочетание «активное способствование» имеет оценочный характер, что оставляет решение вопроса об освобождении от уголовной ответственности на усмотрение правоприменителя.

Например, СУ СК РФ по Тамбовской области не освободило от уголовной ответственности сотрудника медицинского учреждения, который обвинялся в посредничестве в коммерческом подкупе, то есть непосредственной передаче денежных средств в крупном размере. По версии следствия, учредитель частной лечебной организации через сотрудника неоднократно получал от представителя мемориальной компании деньги за то, что сообщал ему персональные данные умерших граждан. Следствию удалось доказать незаконное получение денег в размере около 70 тысяч рублей.

Преступление было выявлено оперативными сотрудниками регионального УМВД России. В ходе предварительного следствия сотрудник частной медицинской организации обратился с явкой с повинной и дал признательные показания. Однако, следователи к тому моменту собрали достаточную доказательственную базу, позволяющую направить уголовное дело с утверждённым обвинительным заключением в суд для рассмотрения по существу.

А вот Краснопресненский районный суд г. Ярославля оказался более гуманным и прекратил на основании примечания к ст. 204.1 УК РФ уголовное дело и уголовное преследование в отношении гражданина И., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 204.1 УК РФ, в связи с деятельным раскаянием в соответствии с ч. 2 ст. 28 УПК РФ. Согласно постановлению суда Гражданин И., являясь сотрудником фармацевтической компании, передал руководителю частной медицинской клиники дорогостоящий подарок – бутылку виски стоимостью 360 тыс.рублей. Однако после передачи подкупа И. явился с повинной в полицию, сообщив о содеянном, в последующем активно способствовал расследованию преступления, давал показания и участвовал в следствии, в связи с чем на основании ходатайства защитника и отсутствия возражений со стороны прокурора был освобожден от уголовной ответственности по нереабилитирующему основанию.

Мелкий коммерческий подкуп

Понятие мелкого коммерческого подкупа появилось в российском законодательстве относительно недавно: с «03» июля 2016 года в УК РФ введена статья 204.2 «Мелкий коммерческий подкуп». Изменения и дополнения, внесенные в УК РФ Федеральным законом от 03.07.2016 № 324-ФЗ, были обусловлены необходимостью выполнения международно-правовых обязательств, взятых на себя Российской Федерацией: согласно статье 1 Конвенции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) против коррупции каждое государство-участник принимает необходимые меры для признания уголовно наказуемыми деяниями умышленное предложение, обещание или предоставление любых неправомерных преимуществ иностранному должностному лицу в пользу такого должностного лица или третьего лица.

В случае получения (передачи) мелкого коммерческого подкупа устанавливается упрощённый порядок расследования и менее строгое наказание по сравнению с иными видами подкупа.

Согласно диспозиции статьи уголовно-наказуемым считается получение (передача) подкупа, лично или через посредника в размере, не превышающем 10 000 рублей (ч. 1 ст. 204.2 УК РФ). Квалифицированный состав статьи предусматривает уголовную ответственность за те же деяния, совершенные лицом, имеющим судимость по ст. 204, 204.1 и ч. 1 ст. 204.2 УК РФ.

При этом гражданин, который совершил подкуп в размере до 10 000 рублей, освобождается от уголовной ответственности в трех случаях:

  1. если он активно способствовал раскрытию и/или расследованию преступления;
  2. предмет подкупа у него вымогали;
  3. после совершения преступления он добровольно сообщил в орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о преступлении.

Статья 204.2 УК РФ относительно новая, и процесс квалификации по ней пока нестабилен. Открытым является вопрос о квалификации вымогательства при мелком коммерческом подкупе. Так как данные общественно опасные деяния относятся к категории преступлений небольшой тяжести, то при наличии вымогательства со руководителя коммерческой организации с учетом положений ч. 2 ст. 30 УК РФ уголовная ответственность за данные преступления не наступает.

Рассмотрим несколько примеров из судебной практики в отношении деятельности сотрудников частных медицинских организаций. Воркутинским городским судом Республики Коми 30 сентября 2016 г. по ч.1 ст. 204.2 УК РФ осуждена гр. Х. — директор частной медицинской клиники, которая за заключение дополнительного соглашения к трудовому договору К. об установлении неполного рабочего дня и издание соответствующего приказа незаконно получила от К. денежные средства на сумму, не превышающую десяти тысяч рублей.

Приговором Фокинского районного суда г. Брянска 17 октября 2016 г. осужден заведующий отделением гр. К., который в период с 7 июля 2015 г. по 3 февраля 2016 г. получал от граждан денежные средства в сумме 1000 рублей с каждого за совершение незаконных действий в связи с занимаемым им положением, а именно незаконно выдавал справки о прохождении медицинского осмотра, которые были необходимы последним для поступления в учебное заведение.

Октябрьский районный суд г. Липецка 5 декабря 2019 г. осудил по ч.1 ст. 204.2 УК РФ гр. Е. за совершение нескольких эпизодов мелкого коммерческого подкупа (каждое преступление на сумму 2–3 тысячи рублей и общей суммой 66 тысяч). Гр. Е. получал от граждан денежные средства за совершение незаконных действий, а именно выдачу листков нетрудоспособности.